Лучшая лекция по композиции: «Конспекты Чудовища или опыт шизоидного познания мира»

Лекция перенесена 

«Нищенка оказалась волшебницей. Увидев, что в сердце принца нет места любви, она наказала его, превратив в страшное чудовище… Но заклятие спадёт, только если принц научится любить и быть любимым до того, как роза потеряет последний лепесток. Иначе он навсегда останется безобразным чудовищем».



Принципы Композиции универсальны, для всех видов искусства. В свою очередь Эрих Фромм говорил, что «… любовь – это искусство, такое же, как искусство жить: если мы хотим научиться любить, мы должны поступать точно так же, как нам предстоит поступать, когда мы хотим научиться любому другому искусству, скажем, музыке, живописи, столярному делу, врачебному или инженерному искусству». И выходит, что если мы согласны, что принципы Композиции универсальны для всех искусств, и если мы согласимся, что жизнь и любовь — это тоже искусство, то круг затрагиваемых Композицией вопросов «в своём последовательном развитии выходят за пределы живописи и, в конце концов, — искусства как такового», о чём писал Василий Кандинский.

Герой сказки «Красавица и Чудовище» буквально последовал совету Э. Фромма и начал учиться любви, как искусству. Через изучение Композиции, как универсального инструмента для освоения любого из искусств. Мне попали в распоряжение его конспекты, которые он при этом вёл. Есть и его фотография, но из соображений этичности я замаскировал лицо пикселями.



На предстоящей лекции я хочу предложить вам взгляд на Композицию не как на набор правил размещения объектов на плоскости, а как на основополагающие принципы лежащие в основе любой деятельности. Всю информацию я черпал из вышеупомянутых конспектов, ничего не добавляя от себя. Моя работа в основном заключалась в том, чтобы расшифровать их и структурировать информацию, так как они написаны очень путанно, как путан поток мыслей.


 

Пит Мондриан рассуждал, что если в жизни будет больше равновесия, то надобность в искусстве отпадёт. Так как человек будет жить посередине осуществившего искусства. 
Дизайнеры и архитекторы группы «Стиль», в которую входил Мондриант, считали, что если люди позволят составлять интерьеры согласно новой пластичности, то станковая живопись могла бы исчезнуть. Новая пластика таким образом стала бы живой вокруг нас. 
Отчасти это и произошло. Последние художники стали первыми дизайнерами. Будучи художниками они метафорически рассуждали о том, что человека надо поместить внутрь картины. Став дизайнерами, они сделали это буквально. 
Предметом искусства стала жизнь. Дизайнер проектирует не вещи, а среду обитания человека. Поэтому Композиция должна изучать не правила размещения объектов на поверхности, а самого человека. 



Технологии меняются быстро как никогда, появляются новые специальности, меняются требования к старым. Просматривая вакансии, сложно не заметить, что есть спрос на дизайнеров игр, хотя институты не готовили таких специалистов. Есть и другие новые специальности значения, которых я даже не всегда понимаю. Но это сегодня, а что будет завтра?
То есть человек, который сегодня поступает в институт на конкретную специализацию, не может быть уверен, что спрос на неё будет по его окончанию.
В этом контексте моя позиция заключается в том, что основной упор надо делать на то, что остаётся актуальным вне зависимости от смены технологий. Принципы цветового конструирования, формообразования, пропорционирования, зрительного восприятия не меняются с появлением новой версии Фотошопа, меняется только наше представления о них с углублением знаний. 
Композиция же служит связующим звеном всего этого. И это не о том, как разместить объекты на поверхности или в среде, это уже производное. Композиция — это умение думать, я бы даже сказал умение думать в процессе и процессами.



Почему именно музыка и поэзия вызывают у нас особый душевный отклик, который не вызывает например проза? Потому что объективные закономерности их построения резонируют с чем-то в нашей душе, что устроенно по тем же принципам. Как это не странно, то предельно объективное, что есть в музыке и поэзии резонирует внутри нас с тем, что мы привыкли считать субъективным. А может наши чувства и эмоции не столь уж субъективны, просто мы еще не постигли те законы по которым они живут?
Не обещаю, что дам ответы на эти вопросы, но дам инструменты для рассуждений в этом направлении.